eugend (eugend) wrote,
eugend
eugend

Category:

Письмо командарма 1-го ранга И.Э. Якира наркому внутренних дел Н.И. Ежову

Письмо командарма 1-го ранга И.Э. Якира наркому внутренних дел Н.И. Ежову

10 июня 1937 года


Вопросы организационные. Стрелковая дивизия. Штат ее ориентировочно должен равняться 17 000 чел. Ее мощь огневая в первую очередь должна сделать ее сильнее польской и германской даже дивизий. По человеку, по нашему прекрасному людскому составу она всегда будет сильнее дивизии противника. В стрелковой дивизии надо обязательно значительно усилить противотанковую и противовоздушную, особенно мелкокалиберную автоматическую артиллерию. Количество противотанковых пушек в дивизии должно как минимум равняться 60 — лучше 72. По 6-орудийной батарее на батальон 54 и резервный 3-батарейный дивизион 18 пушек, по батарее при стрелковом полке или в виде отдельного дивизиона в распоряжении командира дивизии (большого значения не имеет), лучше при дивизии для усиления самого танкоопасного направления.

Если путем специальных конструкций не удается сделать противотанковую пушку одновременно и противовоздушной, что надо снова и снова пробовать и добиваться, то при стрелковой дивизии, кроме одного дивизиона 76-мм пушек типа 31-го года (ее надлежит улучшить и снабдить значительно более усовершенствованным снарядом) в дивизии нужно иметь минимально 4—6-орудийные противовоздушные мелкокалиберные батареи: три при стрелковых полках и одну при штабе дивизии, для работы по боевой, в том числе низколетающей авиации противника. Калибр этой автоматической артиллерии 37 или 45 мм. Остальные вопросы артиллерийского вооружения дивизии — увеличение количества гаубиц, содержание в стрелковой дивизии двух артполков — правильно, как мне кажется, решены на последнем артсовещании в Москве у наркома. Дабы облегчить и сделать более подвижной такую 17-тысячную стрелковую дивизию, надо значительно уменьшить в ней количество лошадей и увеличить количество автомашин, тракторов и тягачей. Это укоротит ее колонны, сделает более быстрым развертывание в боевые порядки и, следовательно, повысит боеспособность. Наша промышленность уже в 1937—1938 г. позволяет это сделать. Автомобиль и трактор понизят значительно опасность от авиации противника. Остальные вопросы в предлагаемом Генштабом РСК, мне кажется, решены правильно.

Красная армия располагает очень большим количеством танков. Большая половина их придана дивизиям стрелковым и кавалерийским и в какой-то части может оказаться на второстепенных направлениях. Это хорошо для совместного обучения пехоты и артиллерии с танками в мирное время, но это может затруднить использование части танков на нужных оперативных направлениях. Сохраняя танки в дивизиях, я считаю необходимым такую организацию управления их в стрелковом корпусе в виде командной головки небольшого тыла и небольшой ячейки связи, которая позволила бы в случае нужды использовать часть этих танков в виде полков или бригад трехбатальонного состава.

17-тысячная дивизия военного времени во всех пограничных районах — в мирное время, должна иметь 10—13 тыс. чел., чтобы сделать ее мобилизуемой и повышенной готовности. 5—6 дивизий на западной границе и соответствующее количество дивизий на Дальнем Востоке должно содержаться в штатах военного времени или очень близких к тому. Это необходимо как раз для учебы всего высшего начсостава в мирное время, так и для того, чтобы иметь минимум дивизий, готовых действовать в любое время. Все дивизии, кроме пограничных, могут быть двойного развертывания, но с наличием для этого специальных подвесков кадра командиров.


Самый крайний минимум количества стрелковых дивизий на военное время — 170. Этого количества недостаточно для ведения одновременной войны на Западе и на Востоке. Для такой войны нашей стране необходимо иметь около 200 (двухсот) стрелковых дивизий — 30—50 из них могут иметь значительно меньшие кадры мирного времени и иметь более поздние поэтому сроки готовности — не позже однако конца первого месяца войны. ...


Лучше содержащиеся в мирное время стрелковые дивизии иметь кадровыми, величина кадров мирного времени может колебаться от пограничных 13- и 10-тысячных до 5—6-тысячных внутренних с тем, чтобы в последних была обеспечена подготовка высоких квалификаций и специальностей. Однако, если бы оказалось невозможным содержать такое количество стрелковых войск в мирное время, часть внутренних дивизий может содержаться и как территориальные — желательно, чтобы таких было немного. Количество их будет зависеть от цифры намеченных для пехоты полков. Цифра 200 стрелковых дивизий военного времени может вызвать острые возражения, но я исхожу из большой войны на Западе и Востоке и считаю эту цифру ориентировочно правильной.


Кавалерийские соединения дивизии и корпуса. Кавалерийских дивизий в том виде, в каком они у нас существуют, — много, безусловно, больше, чем нам можно применить в войне. В КВО 9 кавдивизий, да еще почти 4 подойдет, в БВО будет примерно столько же, Ленинград тоже имеет значительное количество кавдивизий. Я отнюдь не против конницы на наших часто бездорожных театрах, но количество конницы безусловно надо сократить, вернее часть конницы обязательно надо переформировать в легкие мотомехдивизии. Несмотря на то, что наши кавдивизий — сильные дивизии благодаря большому количеству автоматического оружия, артиллерии и быстроходных танков, все же они подвержены тяжелым ударам противника как — и особенно с воздуха — пулей, бомбой и химией, так и с земли. Количество коней огромно, густоты и скопления неизбежны, если даже лучше учить конницу бою, крупных целей из себя конница представляет множество, а от химии коню пока деваться некуда. Несмотря на это, я за сохранение значительной части конницы, могущей победно действовать на наших театрах. Я считаю лишь, что уже к 1938 г. около 30% кавдивизий КВО (3 или даже 4 кавдивизий из 9) надо переформировать в мотомеханизированные или даже моторизованные (если промышленность не дает еще достаточного количества вездеходов) дивизии. Это значительно повысит их боеспособность, уменьшит уязвимость с воздуха и сделает значительно более дальнобойными. Ориентировочный штат решится уже в 1937 г. из работы над опытными моторизованными полками во 2-й кавдивизий КВО и дивизий БВО и ЛВО. Вопрос о коннице стоит уже 2— 3 года, но С.М. Буденный постановку его принимает как личную обиду. И сейчас он будет ругать меня за это предложение.


Переформирование ориентировочно 12 кавдивизий в мотомеханизированные или моторизованные естественно уменьшит на такую же цифру количество нужных нам стрелковых дивизий.


Танковые соединения. Наши танковые механизированные бригады слабы: при трехтанковом взводе и трех батальонах — такая бригада даст для боя 100—120 танков. Этого безусловно мало. Я не буду вдаваться здесь в спор о 3- и 5-танковом взводе, ибо дело не в этом, если учебная работа и испанская проверка отвергнут 5-танковый взвод, то можно увеличить количество взводов и рот. На основе ряда учений я считаю, что в механизированной танковой бригаде должно быть 200—220 танков. Обязательно должны быть увеличены средства усиления, и в частности артиллерия. Существует взгляд, что все танки — артиллерия и что танкам поэтому придавать артиллерии не следует. Это неправильно, по-моему. Танки будут драться совместно со своей пехотой и артиллерией, но они же будут вести в нашей армии и самостоятельные бои и, я думаю, даже в крупных соединениях, быть может, и в составе механизированной армии. На этот случай, да и при совместной работе с[о] своей пехотой, танковым соединениям нужна своя самоходная или транспортируемая тягачами артиллерия с большой гаубичностью и солидной разрывной силы снарядом. Этой артиллерией в глубине будут делать то, чего не может сделать 45-мм пушка танка, будут разбивать и выковыривать прочно устроившиеся огневые в первую очередь противотанковые точки противника. Вот почему я считаю обязательным усиление наших бригад своей артиллерией — дивизионом 4-батарейного состава. Очень слабы в наших танковых бригадах переправочные средства, их очень мало и вне бригад, в распоряжении командующих армиями и фронта. Театр как севернее Полесья, так и к югу от него пересечен очень большим количеством речных преград. Каждые 20-30 километров река или речка. Оставление в нынешнем составе наших переправочных, понтонных и саперных средств может поставить в исключительно тяжелое положение наши танковые части. Как в танковых войсках, так особенно в распоряжении главного командования переправочные средства должны быть усилены с учетом потребной их грузоподъемности.


Специальные войска: части связи, саперные, понтонные и друг[ие]. Специальными войсками, и особенно частями связи, никто толком не занимается, в них вредительством поэтому заниматься легче всего. Позже, когда я буду говорить о материальной части, я скажу о радиостанциях, кабелеаппаратах. Сейчас только об организации. В Киеве стоит полк связи. Этот полк в военное время имеет коэффициент развертывания почти 30 — это значит, что Киевский полк связи должен сформировать около 30 частей. При большой квалификации большинства специальностей связистов: электрики, радисты, работники быстропечатающей аппаратуры, такое развертывание совершенно невозможно. Полк к тому же территориальный. Даже полностью учитывая наличные в Киеве ресурсы гражданских связистов, полк не может обеспечить и 50% задач, ложащихся на него в военное время. Совершенно аналогичное положение с[о] специальными радиочастями. Нужно срочно увеличить количество частей связи на Правобережье. Я убежден, что аналогичное положение и в БВО, и в ЛВО. Непринятие срочных мер может привести к затруднению, а местами даже срыву управления войсками. О саперных и понтонных войсках я говорил выше в связи с танковыми.


Как Управление связи РККА, так и Инженерное управление РККА надо обязательно усилить, иначе они не могут справиться … со своими оргвопросами.


Войска противовоздушной обороны и ПВО. Этот участок особенно поражен … полным до недавнего времени к нему невниманием со стороны Генштаба. Я меньше знаю ПВО страны и хорошо знаю ПВО Украины. Сегодня на Украине мы очень слабы, чтобы не сказать немощны, в ПВО. Все части ПВО, особенно стационарные, пунктовые киевские, имеют такой территориальнокадровый штат, который совершенно лишает их боеспособности при очень коротких сроках готовности. 26—28 чел. в батарее киевского единственного зенитного артиллерийского полка не позволяют ни наблюдать, ни поправляться, ни убойно стрелять. Количество батарей для обороны Киева совершенно недостаточно. Прожекторный батальон переформировывается в полк — территориальный, не обеспечивает и одного полка, средств связи киевская бригада ПВО не имеет почти никаких, и без них лишена возможности управлять дивизионами.


В Киеве числится на бумаге, но нет ни одного баллона заграждения. Это … ясно рисует картину ПВО г. Киева. На ответственных для стратегических перевозок ж.-д. мостах стоят дивизионы НКВД со старыми пушками без прицельных приспособлений, без прожекторов и связи они охранять мостов не могут. В войсках непосредственно дело ПВО также очень запущено. Даже не все корпуса, стрелковые и кавалерийские, имеют по одному зенитному артдивизиону. Значительная часть этих дивизионов вооружена старой пушкой. В стрелковых и кавалерийских дивизиях на сегодня никакой зенитной артиллерии нет. Все это не позволяет создать даже приблизительную систему охраны войск от воздушного противника. Я упустил еще, что огромный некомплект тракторов делает значительную часть зенитной артиллерии неподвижной.


Нужно серьезных людей поставить на дело ПВО, на это исключительно важное дело, и дело это можно поднять… . Нужно еще ликвидировать беспризорность ПВО. Военную часть активной ПВО я осветил кратко на примере Киева. Решительных мероприятий и большой настойчивости требует упорядочение пассивной ПВО, выполняемой местными советами и наркоматами. Надо переломить несерьезное, шутливое отношение к воздушной опасности. На местах ни один ответственный за это дело работник им не занимается. Все сваливают на третьестепенных специально нанятых «знатоков» ПВО из числа безработных командиров запаса и сомнительных прожектеров-инженеров. Какие чудовищные проекты подчас разрабатывают эти люди, проекты убежищ герметизированных комнат, людских и конских дезинфекционных камер! Эти проекты автоматически, штампуются и затрачиваются миллионы на ненужное, очень часто вредительское, дело. Чего бы, казалось, проще: дать элементарные отправные данные и перечень утвержденных ПВО РККА проектов. Очень слабы наши пожарные команды, в частности в Киеве. Пожарные команды могут быстро приехать и показать, как тушат 2—3 пожара. Десяток крупных пожаров поставит их в очень тяжелое положение, я не говорю уже о специфических киевских трудностях, где вода и свет на одном кабеле и когда при налете выключаешь свет, не можешь тушить пожаров. Я не знаю, но думаю, что в Москве и Ленинграде пожарные не способны справиться с одновременным тушением значительного количества пожаров. Если строго посмотреть, то окажется, что и милиция, даже при своем внешнем виде и подготовке, не научена локализовать большие очаги поражения и организовывать порядок при налете. Дело ПВО требует исключительного внимания и настойчивости для своего упорядочения.


Военно-воздушные силы. У нас летчики замечательные люди, у нас хорошие машины, но результаты вредительства велики, и я должен остановиться на ряде вопросов. При могущественном воздушном флоте соотношение разных видов авиации, по моему убеждению, неправильное, он не т.к. следует разложен по полочкам. Судя по Киевскому военному округу, такое же, я знаю, положение и в других округах по границе, очень велика в нашем воздушном флоте вспомогательная авиация, в частности разведывательная. Сейчас, правда, у нее большой некомплект машин, но соотношение приходится считать по процентам, получающимся из штатного состава. Эта авиация, имея очень серьезные учебные задачи — разведывать, сноситься по радио, фотографировать, корректировать артогонь, своими летнабами знать боевые порядки наземных частей и соединений, быть готовой к дневным, ночным, дальним и слепым полетам, стрелять, — не может одновременно быть хорошо подготовленной к боевым действиям и бомбежке. По-серьезному на нее в этом деле рассчитывать трудно. Таких самолетов только по КВО с учетом разведывательных эскадрилий армии и корпусных отрядов в военное время наберется около 400, может быть, несколько меньше (я говорю по штату).


Истребительная авиация. Я отнюдь не оспариваю ее большой значимости, но говорю в данном случае о нападающей на земного противника авиации и помню, что наиболее распространенный наш истребитель не имеет бомбодержателя и сегодня не может бомбить противника.


Эта исключительно важная для охраны войск, особенно конницы, танковых соединений, узлов, мостов и пунктов авиация сможет по войскам и аэродромам противника работать только пулеметами. Ее — истребительной авиации — по КВО будет (я все время говорю о 1937 г.) тоже около 400 машин: две бригады, две эскадрильи в тяжелых бригадах и три эскадрильи в конных корпусах. На 1937 г. мы имеем только одну штурмовую бригаду на старых ССС, измененных Р-5 и одну легкобомбардировочную бригаду на неполноценной машине Р-Зет. Прибавится еще одна-две эскадрильи из других мест. Следовательно, способной по своей обученности и специальному предназначению действовать по войскам, аэродромам и значимым пунктам противника боевой авиации у нас на театре получится 220-250 самолетов. Такое соотношение я считаю неправильным. Я отдельно учитываю 2 тяжелые бригады ТБ-3, т.к. они имеют свои глубинные задачи. К 1938 г., когда вступят в строй новые бригады СБ, соотношение изменится, но недостаточно, и останется еще неправильным. Я считаю правильным намеченное увеличение истребительной авиации для пункта Киев (надо добиться того, чтобы вся истребительная авиация, и И-16 в частности, имела бомбосбрасыватели), но считаю остро необходимым увеличение бомбардировочной авиации, в том числе частично за счет вспомогательной — разведывательной. Следующий вопрос касается парковой службы. При необходимости работать авиации как минимум с двух зон — передовой и тыловой, а также в связи с тем, что на ряде аэродромов придется оставлять по одному отряду и реже не больше одной эскадрильи, организация авиационного тыла требует пересмотра и улучшения. Парки частей окажутся малыми, не способными обслужить бригады. Помимо парков частей бригад или, что мне кажется более правильным, самостоятельных хвостов каждой эскадрильи, сводимых в мирное время в парк бригады, авиации не обойтись без дополнительной аэродромной службы, состоящей из специальных аэродромных рот, батальонов или полков, способных, быстро развернувшись, обслужить сеть глубинных или запасных аэродромов. Без такой специальной организации аэродромной парковой службы маневр авиации в разных зонах, без чего нельзя уйти от удара противника, будет стеснен и работа затруднена. Вопросы механизации аэродромной службы, неоднократно так остро ставившиеся до сих пор вредительски, не разрешаются в массовых размерах, и на сегодня вопросы подвозки и подвески бомб, водо- и маслонагрева на значительном количестве аэродромов находятся в прежнем состоянии при полном отсутствии этой несложной механизации. Даже такой несложной машины, как автоцистерна, в авиации значительно меньше, чем в танковых войсках, куда Халепский направлял все в первую очередь, и это затрудняет учебу ряда частей с полевых аэродромов. Исключительная неорганизованность в воздушных силах имеет место с перевооружением частей на новую машину. Как правило, это происходит неожиданно, часто машины уже присланы, машины пришли, никто еще летать не умеет, техники машины не знают, описания нет и особенно у скоростных нет своевременно двухместной выводной учебной машины. Части попадают в очень тяжелое положение, освоение идет с издержками и даже жертвами. Ведь очень просто загодя знать куда что пойдет, вызвать на завод инженеров-техников части, своевременно где-то ввести в строй инструкторов от части или дать ей небольшое число машин и инструктора для обучения. Если изложенная мною практика не вредительская, то ничем от вредительской она не отличается. Воздушники будут отрицать, скажут, врет он, но все это можно проверить и найти подтверждение моим словам. До сих пор фактически, в КВО во всяком случае, не созданы аппараты командующих воздушными силами округов. Большой некомплект, некому руководить учебой, организацией, жизнью бригад, а время формирования большого количества новых частей требует исключительного внимания, руководства, контроля. Нужно реализовать решение правительства об изменении и улучшении управления воздушными силами как в округе, так и в центре. В частности, аппарат ВВС РККА должен быть значительно более оперативным и больше жить интересами воздушных войск. Часто на многие месяцы этот аппарат ограничивает свои интересы Москвой, промышленностью, новой машиной и лишь внешне интересуется войсками — бригадами. Реализация решения правительства об улучшении и перестройке метеорологической службы, об установлении самостоятельной связи между бригадами, штабами ВВС округов и штабом ВВС РККА и о стройке авиационных радиоузлов и радиомаяков очень затягивается, нужно и можно этот вопрос поторопить, он облегчает работу воздушных сил. Чтобы не возвращаться к этому вопросу — кратко об учете и системе назначения кадров в воздушных силах. Это совершенно запущенный участок работы Управления ВВС РККА. Сплошь и рядом по непонятным причинам из школ та или иная бригада получает 20— 30 лишних летчиков, техников, летнабов. Люди эти длительно болтаются, месяцы выясняется вопрос, что с ними делать, пока разберутся. С назначением командиров еще хуже, каждый округ может привести десятки фамилий командиров отрядов и даже эскадрилий, больше года командующих частью и не назначенных приказом. Это их, конечно, злобит, нервирует. Требуется коренное улучшение этого дела в ВВС РККА.

ОКОНЧАНИЕ:
http://eugend.livejournal.com/6092.html
Tags: Документы, РККА, Якир, комсостав, репрессии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments