eugend (eugend) wrote,
eugend
eugend

Categories:

ПОДГОТОВКА ОФИЦЕРСКИХ КАДРОВ В ГЕРМАНИИ ПЕРЕД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНОЙ И В МЕЖВОЕННЫЙ ПЕРИОД.

Выложил ниже текст, посвященный вопросу подготовке и обучения офицеров в Германской армии с начала ХХ века и до начала Второй мировой войны. Хотелось бы сразу отметить, что данный текст по большому счету не является продуктом собственного творчества, а скорее переложением - и где-то прямым цитированием - соответствующих глав из изданного в мае 1907 года ГУГШ справочника «Вооруженные силы Германии» и книги Джеймса Корума «Корни блицкрига» (James Corum, “Roots of blitzkrieg”), а также краткой выжимкой из небезызвестного труда Мюллер-Гиллебрандта. Так что выложенный текст скорее предназначен для тех, кто хотел бы получить общее представление о вопросе.


Германская имперская армия

Наиболее распространенный путь в офицеры в германской имперской армии начинался с учебы в кадетском корпусе. Таких корпусов насчитывалось десять штук, в них принимались преимущественно сыновья офицеров, кроме того, в них могли попасть дети чиновников и унтер-офицеров, прослуживших не менее 25 лет. Для поступления в кадетский корпус нужно было окончить курс элементарной школы, а после окончания корпуса кадет переводили в Главный кадетский корпус в Берлине. Курс Главного кадетского корпуса для большинства кадет продолжался два года (unter и ober-secunda).

После окончания класса ober-secunda для поступления в военное училище кадет должен был прослужить в строю 6 месяцев, сдать экзамен на чин подпрапорщика (фенриха), и получить хорошую аттестацию за подписью офицеров своей роты, батальонного и полкового командира. Те воспитанники, которые по молодости лет или из-за недостаточной успеваемости, не могли быть из ober-secunda перечислены в строй, оставлялись в корпусе еще на два года для довершения своего образования в классах unter и ober-prima. При успешном окончании ober-prima они получали звание подпрапорщика и попадали в военное училище, минуя строй. Всего в военные училища поступали 80% выпускников кадетских корпусов.

Кроме выпускников кадетских корпусов в военные училища могли быть зачислены молодые люди в возрасте от 17 до 23 лет, окончившие курс гражданских учебных заведений, соответствующий классу ober-secunda главного кадетского корпуса, прослужившие в срою портупей-юнкерами (фанен-юнкер) не менее 6 месяцев, сдавшие экзамен на чин подпрапорщика и получившие такую же аттестацию, как написано выше.

Экзамен на портупей-юнкера сдавался лицами, окончившими гражданские учебные заведения, и соответствовал выпускному экзамену в кадетском корпусе. Экзамен принимался Высшей экзаменационной комиссией, а для приемки этих экзаменов существовало специальное 2-е отделение комиссии (1-е отделение принимало экзамена на получение офицерского звания) в составе 8 экзаменаторов, из которых один был преподавателем военной академии, а 7 остальных были гражданскими профессорами.

К обучению в военных училищах мы еще вернемся, но сначала отметим следующий факт: подавляющее большинство будущих офицеров (кроме выпускников дополнительных классов prima Главного кадетского корпуса) проходило через 6 месячную службу в войсках, при этом их подготовке в войсках в германской армии уделялось особое внимание. Отдельную группу составляли выпускники специального класса – seleсta – Главного кадетского корпуса (как я понимаю, аналог Пажеского корпуса в России), которые получали офицерское звание через 3 месяца после окончания этого класса и в военных училищах не обучались.

В войсковых частях все кандидаты в офицеры составляли особую группу, которой заведовал один из обер-лейтенантов. Обучение производилось отдельно от рекрутов, при этом старались максимально быстро изучить службу рядового и унтер-офицера, не увлекаясь формальной службой в строю с тем, чтобы потом перейти к ознакомлению с будущей службой офицера – обучения других и командованию. Рядом с практической присутствовала теоретическая подготовка, причем часто в форме заданий на письменную разработку разных вопросов, поскольку считалось что письменная работа полезнее и вместе с тем дает возможность правильнее судить об умственных способностях. Время службы в частях давало возможность подробно изучить будущего офицера, привить ему воззрения офицерского сословия и придать тот внешний облик, который присущ всякому германскому офицеру. С особой осмотрительностью корпус офицеров части решал вопрос о том, достоен ли кандидат быть членом офицерской среды - наводились справки о материальном положении, о нравственных качествах. Таким образом офицерский корпус обеспечивался от попадания в него сомнительных личностей.

Итак, возвращаясь к военным училищам - основная масса будущих офицеров, пройдя через 3-6 мес. службу в войсках в звании портупей-юнкеров (фанен-юнкеров), сдавала экзамены на чин подпрапорщика (фенриха) и поступала в военные училища для дальнейшего обучения. Всего в Германии было 11 военных училищ плюс баварское военное училище в Мюнхене: в Потсдаме (на 100 чел.), Глогау (на 100 чел.) Нейссе (на 107 чел.) Энгерсе (на 100 чел.), Касселе (на 80 чел.), Ганновере (на 128 чел.), Анкламе (на 96 чел.), Меце (на 120 чел.), Данциге (на 108 чел.), Герсфельде (на 112 чел.). Итого пропускная способность перечисленных выше 11 училищ составляла 1051 человека, из них успешно заканчивали каждый курс 700 человек (или 70% от обучающихся). Плюс еще 40 человек выпускались в Баварии, и 32 в Саксонии. Курс военного училища перед Первой мировой войной (с 1893 года) продолжался 35 недель (или около 9 месяцев), то есть за три года через перечисленные выше училища (без Баварии и Саксонии) через училища проходило 4200 человек, а офицерами становились около 3000.

Столь короткий срок обучения был обусловлен высоким уровнем общего образования среди населения в Германии и значительным числом лиц, оканчивавших курс гражданских учебных заведений 1-го разряда, а также престижем военной службы. Все это обеспечивало германское военное ведомство необходимым числом молодых людей, образовательный уровень которых давал возможность в течение 6 месяцев службы в войсках и 9 месяцев курса военного училища подготовить их практически к офицерскому званию. В свою очередь краткость курса имела своим следствием то, что училище было организовано не как строевая часть, а как учебное заведение, где главное внимание было обращено на индивидуальное обучение.

По всей видимости именно отсюда растут корни отличий двух систем военного образования - германской и российской/советской систем подготовки офицеров. Невысокий уровень образования в России (в Германии даже среди призывников доля неграмотных составляла 0,4% против 30-40% в России) определил иной подход к подготовке будущих офицеров – даже после ликвидации юнкерских училищ и повышения требований к поступающим в военные училища срок обучения в последних составлял 2 года – следствие в первую очередь именно слабой общеобразовательной подготовки юнкеров. Более того - при некоторых училищах военное ведомство даже вынуждено было создать подготовительные курсы. В то время как обладающие многочисленным и образованным контингентом немцы могли себе позволить ограничить обучение менее чем 1 годом и 3 месяцами (15 мес.), из которых на непосредственное обучение в военных училищах приходилось меньше 9 мес., а остальное – в первую очередь строевую составляющую обучения, знакомство с жизнью войск, привитие командных навыков - немцы в значительной части переложили непосредственно на войска. Русские военные были вынуждены отвести на подготовку будущих офицеров 2 года (24 мес.) и чтобы не завышать сроки подготовки будущих офицеров, они все составляющие подготовки будущих офицеров сосредоточили в военных училищах, организованных по принципу строевых частей. Эти тенденции не менее – если не более ярко – проявились и в дальнейшем.

Возвращаясь к теме военных училищ. Каждое военное училище было разделено на 5-6 параллельных классов (не более 25 учеников), курсанты размещались не как обычные призывники в казармах, а отдельных комнатах по 2-5 человек в каждой, внутренний порядок отличался сравнительной свободой, чтобы приучить будущих офицеров к самостоятельной жизни. Курс училища состоял из теоретического и строевого обучения и практических занятий в поле, назначаемых в зависимости от времени года. Оставшееся по окончании теоретического обучения до экзаменов время использовалось для повторительных занятий.

В течение недели 25 часов уделялось на теоретическое обучение (т.е. 4 часа ежедневно), 10 часов – на строевое обучение (т.е. ок. 2 часов ежедневно) – всего 6 часов. При строевой подготовке главное внимание обращалось на подготовку портупей-юнкеров к обучению других и командованию, изучалось ротное и батальонное учение, учение при орудиях, ход обучения стрельбе. Практические занятия имели целью проверку теории практикой в поле, при этом для расширения знаний будущих офицеров посещались занятия войск, учебные плацы, стрельбища, крепости, военно-технические заведения.

Теоретическое обучение,
в неделю:

Тактика – 7 часов,
Знание оружия – 5 часов,
Фортификация – 4 часа,
Топография, черчение и съемки – 6 часов,
Организация германской армии – 2 часа
Служебная переписка – 1 час
Итого – 25 часов в неделю

Для желающих – преподавание русского или французского языка – по 2 часа в неделю.

Строевое обучение,
в неделю:

верховая езда и иппология – 3 часа
гимнастика и фехтование – 3 часа
строевые занятия и стрельба – 4 часа
Итого – 10 часов в неделю


(Программу предметов, преподаваемых в прусских военных училищах - см. здесь)


По мысли положения об организации военных училищ обучение в них должно было дать будущим офицерам знание общих военных наук, развить и укрепить приобретенные службой в войсках практические знания и навыки, создать прочный фундамент для дальнейшего развития – путем службы и самостоятельных занятий – военные знания офицеров.

Окончившие военные училища допускались к сдаче экзамена перед «Высшей экзаменационной комиссией», и в случае успешной сдачи последнего производились в офицеры. Кроме того, к сдаче экзамена могли быть допущены также вольноопределяющиеся первого разряда, прослушавшие курс университета или одного из высших гражданских учебных заведений в течение не менее года, прослужившие 6 месяцев в строю и получившие хорошую аттестацию, но таковых было сравнительно немного. Всего же получившие офицерский экзамен после сдачи экзамена перед «Высшей экзаменационной комиссией» составляли 94% от общего числа новоиспеченных офицеров. Остальные 6% получали офицерский чин через 3 месяца после окончания упоминавшегося выше специального класса (selecta) Главного кадетского корпуса в Берлине.

В подготовке будущих офицеров немцы стремились достичь максимальной однородности, независимо от того, в каком учебном заведение они обучались (какое-либо военное училище или полный курс кадетских корпусов) – этой цели они достигали благодаря существованию единой Высшей экзаменационной комиссии, вырабатывавшей общие требования для экзаменов на портупей-юнкеров и офицерский чин. Комиссия подчинялась генерал-инспектору военно-учебных заведений состояла из председателя (в генеральском звании) и двух отделений экзаменаторов, кроме того председателю высшей военно-экзаменационной комиссии были подчинены три инспектора (штаб-офицеры резерва). Про экзамен на портупей-юнкера (и второе отделение) уже было написано выше, что касается офицерского экзамена, то он проходил либо в военных училищах с участием офицеров, командированных высшей экзаменационной комиссией, либо же в Берлине непосредственно в Высшей экзаменационной комиссии. 1-е отделение – для приемки офицерского экзамена – состояло из 5 офицеров генерального штаба и специальных войск.


Рейхсвер

Первая мировая война в большой степени – за счет призыва офицеров запаса и производства младших офицеров из числа унтер-офицеров (как правило командиров взводного и ротного уровня) - способствовала демократизации и одновременному снижению общего уровня подготовки офицерского корпуса (хотя и далеко не в той степени, в какой это имело место в России).После окончания войны в германской армии существовало две точки зрения на комплектование офицерского корпуса – либо преимущественно из числа фронтовых офицеров, как правило воевавших на строевых должностях на уровне роты-батальона, среди которых наличествовало большое количество офицеров военного времени (ген. Рейнгардт), либо за счет кадровых офицеров довоенной еще армии, преимущественно с академической подготовкой (ген. фон Зект). С приходом к руководству Рейхсвера фон Зекта победила вторая точка зрения.

Результатом того, что союзники, установив серьезные ограничения в численности и вооружении Рейхсвера, в еще большей мере ограничили численность офицерского корпуса, а также сроки службы офицеров – было крайне незначительное число вновь выпускаемых новых офицеров. Впрочем, данный факт руководство Рейхсвера сумело использовать себе на пользу, значительно повысив требования к набираемым кандидатам и к процессу их обучения и подготовки. При этом – использовав за основу систему подготовки старой имперской армии, особый упор был сделан на сохранении и развитии сильных сторон той подготовки – в первую очередь речь идет о высоких образовательных требованиях и предварительном (до попадание в военное училище) опыте службы в строю на рядовых и унтер-офицерских должностях.

В то время как армия в 1919-1921 гг находилась в процессе перехода от Временного Рейхсвера к Рейхсверу, приоритетом школ являлось не столько подготовка новых офицеров, сколько обеспечение однородности в уровне подготовки офицеров, прошедших отбор и остававшихся и дальше служить в Рейхсвере – первоочередной задачей военных школ была организация учебных офицерских курсов офицеров длительностью в несколько месяцев для переподготовки офицеров военного времени. С 1919 по 1922-й год офицеры военного времени получали более полное, чем это позволяли курсы военного времени, академическое образование в сфере их профессиональной деятельности. Курсы военного времени оказались хороши для подготовки взводных и ротных командиров, но они игнорировали штабную работу, тактику на уровне полка и батальона, военную администрацию, и многое другое, что и должны были исправить послевоенные офицерские курсы. С окончанием же переходного периода подготовка офицеров была полностью перестроена с учетом условий существования армии мирного времени.
Только с 1921-22 годов офицерские школы начинают готовить кандидатов в офицеры, не являвшихся ветеранами. Посмотрев на то, как функционирует система, Зект в 1924 году выпустил директиву, резко повышавшую как индивидуальные требования к претендентам на места кандидатов в офицеры, так и стандарты академической учебной программы в специальных военных школах. Кроме того, фон Зект, при вступлении в должность главнокомандующего, строго ограничил производство в офицеры военнослужащих более низких званий и очень высоко поднял требования к образованию офицеров. Реализацию очень высоких требований к кандидатам и чрезвычайно жесткую систему их отбора на всех этапах обучения обеспечили большое количество претендентов на офицерские должности при очень ограниченном количестве свободных вакансий - в начале 1920-ых Рейхсвер планировал принимать на службу только 250 кандидатов в офицеры в год, а к концу 20-х годов для их приема было свободно только 120-180 вакансий ежегодно. Следствием введения жестких требований к кандидатам оказалось то, что в 1928-м году только 117 офицеров Рейхсвера оказались бывшими унтер-офицерами, а в период между 1924 и 1927 годами, в офицеры были произведены только 11 человек, не имевших полного среднего образования. Впрочем, с другой стороны, необходимо отметить, что для военнослужащих, поступивших на военную службу, не имея полного среднего образования, создавались все условия для того, чтобы стать офицером. Многообещающие военнослужащие, прошедшие обучение на ряде курсов для младших командиров и сдавшие академические экзамены, аналогичные требовавшимся для получения аттестата о полном образовании, могли стать офицерами. Таким солдатам требовалось 6 лет со времени поступления на военную службу, чтобы быть произведенными в офицеры. Для молодого человека, имеющего полное среднее образование, и поступившего на военную службу в качестве кандидата в офицеры, путь к производству в офицеры занимал четыре года – в отличие от довоенных 15 месяцев, причем значительная часть приходилась на службу в строю в рядовых и унтер-офицерских должностях.

Стандартная дорога к офицерскому званию протекала следующим образом. Как правило, каждый кандидат в офицеры в течение первых шести месяцев своей службы проходил в полку стандартный курс молодого бойца, как и любой другой новобранец. После его прохождения кандидат отправлялся для прохождения службы в обычную строевую роту - к каждой роте прикреплялось по два кандидата, участвовавших в обычном процессе боевой подготовки. В больших маневрах и ротных учениях к ним также относились как к обычным солдатам. В ходе осеннего и зимнего гарнизонного обучения кандидаты с утра выполняли свои служебные обязанности в своей роте и проходили обучение. После обеда все кандидаты в гарнизоне собирались в классах на занятиях, которые проводили полковые офицеры – в учебную программу первого года обучения входили тактика, вооружение, военная администрация, изучение других родов войск, верховая езда. В течение этого года, в своем полку, кандидат проходил также службу на должности командира отделения в звании младшего унтер-офицера. Спустя восемнадцать месяцев, после шестимесячного курса молодого бойца и года службы в полку, кандидат становился капралом, и назывался теперь прапорщиком (фенрихом), а не кандидатом. После еще трех месяцев службы со своим полком и с участием в полноценных дивизионных маневрах на унтер-офицерской должности, кандидат получал звание унтер-офицера и отправлялся в специальную военную школу.

Версальскими соглашениями Рейхсверу было разрешено иметь четыре школы для подготовки офицеров: пехотная школа – сначала в Мюнхене, а затем в Дрездене; кавалерийская школа в Ганновере; артиллерийская школа в Ютеборге (основанная в 1919 году); и инженерная школа, в Мюнхене. Созданная в 1919-1921 гг, система школ, разделенных по родам войск, обеспечила достаточный фундамент для подготовки офицеров. Главной была пехотная школа, поскольку все кандидаты, за исключением будущих офицеров медицинской и ветеринарной служб, должны были провести там один год, пройдя курс общей офицерской подготовки. На второй год обучения кандидаты в офицеры от артиллерии, кавалерии и инженерных войск начинали обучение по своей специальности в соответствующих специализированных военных школах.

Офицеры для частей боевого обеспечения готовились на специальных отделениях в рамках четырех основных школ. Автомобильный войска в конечном счете создали свою собственную школу, но в течение большей части 20-х годов они проходили обучение в пехотной школе. Кандидаты в офицеры для подразделений гужевого транспорта и войск связи учились в артиллерийской школе. Для того, чтобы гарантировать, что все офицеры получат хорошую базовую подготовку, даже офицеры медицинской службы должны были прослужить в течение 6 месяцев в качестве кандидатов в офицеры в боевых частях Рейхсвера, прежде чем получить диплом военного врача. Студенты-медики зачислялись в армию, покидали ее на время учебного года, а затем служили в ней в ходе летних каникул, аналогичные условия были созданы и для будущих офицеров ветеринарной службы. Всем школам была предоставлена определенная квота квалифицированных офицеров Генерального штаба и возможность отбора лучших строевых офицеров на должности преподавателей. Служба в качестве преподавателя в одной из военных школ была престижной и нисколько не вредила карьере офицера.

Два года в офицерской школе в большей степени были нацелены на практическую сторону академического обучения, чем на теоретическую. Например, на первом году обучения в Дрездене двадцать четыре часа в неделю отводились на академические занятия и тринадцать часов на практическое обучение. Академическая подготовка включала наряду с другими предметами шесть часов тактики, два часа географии, два часа гражданского права, три часа на вооружение, три часа на военно-инженерную подготовку, один час на ведение воздушной войны и один час на автомобильную подготовку. Пятнадцать часов практического обучения включали упражнения по пехотной и саперной подготовке, артиллерийские занятия, обучение обращению с минометом и пулеметом, а также четыре часа физической подготовки и три часа верховой езды. Рейхсвер намеревался максимально модернизировать подготовку офицеров, обсуждая перспективы тактики и способов ведения войны в свете последних технологий. В течение обоих учебных лет в школах всех родов войск проводились занятия по автомобильному делу, включая изучение вопросов моторизации Германской и прочих армий, обзор последних новинок в области автотранспорта, курс по бронеавтомобилям и танкам зарубежных армий, а также занятия по новейшей танковой тактике. За два учебных года в пехотной школе кандидаты в офицеры проходили также курс по использованию авиации в современной войне, включая организацию авиаэскадрильи, воздушную разведку, противовоздушную оборону, а также авиационную поддержку наземных сил. Во втором учебном году примерно половина обучения была одинаковой в школах всех родов войск, половина отводилась на военные предметы по специальности. К стандартным предметам для всех родов войск относились военная история, военная администрация, воздушная война, география и вооружение. Тактические и практические занятия соответствовали специфике рода войск. Часть академических занятий также отводилась на специфические предметы. Так например учебный план кавалерийской школы отдавал три часа в неделю теории верховой езды и два часа на ветеринарное обучение.

О практической нацеленности учебных программ свидетельствовало и отношение к преподаванию военной истории. В середине 20-х годов во время прохождения обучения в Дрездене преподавалось много военной истории, но упор делался на изучении трудов о последней войне, в то время как работы Клаузевица и Шлиффена были «фактически неизвестны», в тактических наставлениях военная классика также игнорировалась. Руководство Рейхсвера в значительной степени руководствовалось здравым смыслом, поскольку цель офицерских школ состояла в подготовке эффективных командиров взводного, ротного и батальонного уровня, и никакой здравый смысл не требовал от ротного офицера знаний Клаузевица или большой стратегии. Программа обучения будущих офицеров, подготовленная 1-й Инспекцией, показывает хорошее понимание того типа молодых людей, которые получали младшие офицерские звания в Рейхсвере. При том, что кандидаты в офицеры были очень интеллектуальными, способными молодыми людьми в возрасте 20-21 года, в большинстве своем они были склонны больше к практической, чем к теоретической стороне военной службы и тактической подготовки, от них не требовалось быть военными интеллектуалами. Большая часть молодых офицеров Рейхсвера провела бы свою карьеру в строевых частях, а не на службе в Генеральном штабе и лишь немногие наиболее образованные и интеллектуальные офицеры впоследствии принимались в состав Генерального штаба, где изучали вопросы высокой стратегии. Однако важно помнить, что многие из этих младших строевых офицеров Рейхсвера 20-х и не читая Клаузевитца и Шлиффена, показали себя превосходными тактиками и замечательными командирами крупных соединений во время Второй мировой войны.

Итак, после того как прапорщики сдавали экзамены, начинался учебный год, в течение которого кандидаты всех родов оружия проходили курсы по тактике (с точки зрения усиленного батальона), воздушной войне, связи, автомобильной технике, топографии, маскировке, верховой езде, гражданскому праву, а также иностранные языки – наряду с другими предметами. Несколько часов в неделю отводились на физическую подготовку. После примерно шестимесячной учебы кандидаты должны были сдавать промежуточные экзамены на знание военных и гражданских предметов. Тех, кто терпел неудачу, отправляли назад в свои полки и обычно увольняли из армии. Сдать эти экзамены было чрезвычайно трудно: в 1927 его провалили пятьдесят восемь фанен-юнкеров. Как уже упоминалось выше, после первого учебного года в пехотной школе, кандидаты в офицеры от кавалерии, артиллерии, инженерных войск и войск связи и транспортных войск направлялись в свои профильные офицерские школы. После второго года в течение шести недельного периода сдавалось большое количество экзаменов, в том числе устных. После этих экзаменов из программы подготовки офицеров отчислялось еще некоторое количество кандидатов. Оставшихся кандидатов называли старшими прапорщиками. Они возвращались в свои полки, чтобы пройти через последний этап подготовки офицера. Кандидаты служили в течение нескольких месяцев в полку на должности командиров взводов и продолжали учебный курс, включавший лекции, полевые поездки и уроки иностранного языка. В конце этой последней фазы, кандидаты в офицеры получали официальные рекомендации полковых офицеров и командира полка. Если полковые офицеры выражали сомнения относительно пригодности кандидата к зачислению в офицерский корпус, решение принималось военным министром. Успешные кандидаты становились офицерами примерно спустя четыре года после их поступления на военную службу.

Итак, подытоживая тему подготовки будущих офицеров в Рейхсвере, отметим несколько моментов.

Первый момент – преемственность программы подготовки – Рейхсвер взял за основу базирование на высоком уровне образования кандидатов в офицеры, сохранила предварительную службу в строевых частях и занятия офицеров-практиков с кандидатами в офицеры, сохранил и систему аттестования кандидатов действующими офицерами. Кроме того, необходимо отметить и нацеленность на сугубо практическую сторону дела, присущую имперской армии и унаследованную Рейхсвером: достаточно посмотреть Программу предметов, преподаваемых в прусских военных училищах, где буквально по всему тексту рассыпаны постоянные предупреждения о том, чтобы преподаватели не увлекались отвлеченными и далекими от практики вопросами.

Второй момент – наоборот, отличия, во многом обусловившие эффективность системы подготовки будущих офицеров, и как правило явившиеся дальнейшим развитием старой системы. В первую очередь это служба на рядовых и унтер-офицерских должностях. При этом я бы все-таки не согласился с Корумом в том, что послевоенная система подготовки офицерских кадров серьезно порывала с прусскими военными традициями. Кандидаты в офицеры и в старой армии до поступления в военное училище несли службу в строю – но если там эта служба длилась всего 6 месяцев, кандидаты во время службы были отделены от рядового состава, а на саму службу скорее была переложена строевая подготовка будущих офицеров, с тем, чтобы освободить от этой нагрузки военно-учебные заведения. В отличие от довоенной службы фанен-юнкеров, в Рейхсвере они получали как полноценный опыт службы на рядовых должностях, так и навыки командования на унтер-офицерских должностях, равно как и демонстрировал свою способность или неспособность к руководству солдатами. Последнее вряд ли можно было оценить за 6 месяцев службы в довоенной армии. Кроме того, необходимо отметить и гораздо больший объем знаний, получаемых будущим офицером – именно обучение здесь длилось 36 мес. (без 6 мес. службы на рядовых должностях) против 15 в старой армии. Последнее вкупе с гораздо более жестким базовым отбором и соответственно изначально более высоким интеллектуальным уровнем кандидатов – давало Рейхсверу возможность подготовить действительно первоклассных офицеров.

Третий момент – описанный выше уровень подготовки офицеров имел и свою обратную сторону – общее количество командиров, подготовленный по столь высоким стандартам, означал крайне незначительное количество таких офицеров. Если принять во внимание, что новых офицеров начали готовить только в 1921-22 гг., срок их обучения составлял 4 года, то первые выпуски скорее всего были сделаны только в 1925 году, то есть до прихода Гитлера к власти в 1933 году было сделано около 8 выпусков. Как отмечалось выше – в год количество кандидатских вакансий колебалось от 120-180 до 250 человек, при этом необходимо учитывать и высокий уровень отсева (выше упоминалась цифра в 58 фанен-юнкеров, проваливших один из промежуточных экзаменов в 1927 году) – то есть вполне вероятно что общее число подготовленных за время существование Рейхсвера офицеров – составляло около 1000 с лишним человек.


Вермахт

Масштабное развертывание вооруженных сил после прихода Гитлера к власти вызвало потребность в большом количестве офицеров – так по расчетам армии к концу 30-х годов требовалось 20-25 тысяч действующих офицеров и около 100 тыс. офицеров запаса. Естественно 4 тыс. кадровых офицеров Рейхсвера (3600 армейских офицеров и 400 офицеров санитарной, ветеринарной и артиллерийско-технической служб) никоим образом не могли закрыть. По словам Мюллер-Гиллебрандта, даже сокращение 4-летнего срока подготовки офицеров до 2,5 лет не могло быстро покрыть потребность в офицерских кадрах, темп производства в офицеры мог быть ускорен только в ограниченном масштабе. Руководство Вермахта стало изыскивать всевозможные пути для пополнения офицерского корпуса. На офицерские должности были допущены унтер-офицеры сухопутной армии Рейхсвера, отвечающие требованиям (благодаря высокому уровню обучения в частях Рейхсвера они оказались особо ценными офицерами, однако эта мера обострила недостаток в унтер-офицерах), что дало около 1500 офицеров, 2500 тысячи офицеров были взяты из полиции (куда в свое время после окончания ПМВ и демобилизации попало очень много офицеров старой имперской армии), еще 1600 офицеров были зачислены после присоединения Австрии в 1938 году из состава ее вооруженных сил, по ходатайству кандидатами в офицеры были зачислены около 300 кандидатов юридической службы, которые ввиду их большого перепроизводства имели мало перспектив на использование по специальности. Внимание было обращено и на бывших офицеров Императорской армии и Рейхсвера – которые были использованы или на службе в строевых частях, или же, если физическое состояние не позволяло нести службу в строю, в органах по укомплектованию войск, на военно-экономической службе и на определенных должностях Военного министерства. Однако в связи с тем, что к середине 30-х офицеры, демобилизовавшиеся в 1918 г., постарели на 17 лет и после демобилизации никакой военной подготовки не проходили, эта мера дала лишь около 1600 офицеров. Тем не менее, все вышеперечисленные мероприятия дали лишь около 7,5 тыс. офицеров, и кроме того, привели к весьма значительному изменению состава всего офицерского корпуса. Некоторая часть офицерского состава, полученная в результате этих мер, вначале явилась значительным грузом, так как необходимо было организовать многочисленные новые курсы или же расширять имеющиеся, с тем чтобы вновь принятым офицерам дать необходимый уровень подготовки. Кроме того, в сложившихся условиях были снижены требования при решении вопроса об увольнении офицера в связи со служебным несоответствием.

Естественно в условиях столь острого дефицита Рейхсвер вынужден был сильно снизить требования к отбору и подготовке будущих офицеров. Уже в самом начале было отобрано максимально возможное количество кандидатов в офицеры, когда все казавшиеся пригодными молодые солдаты зачислялись в состав кандидатов в офицеры, в том числе те, кто не имел требуемого аттестата зрелости. Если до 1933 г. ежегодно зачислялись кандидатами в офицеры 180—200 молодых людей, то это число скоро возросло до 500, а в 1938г. — до 2 тыс. Кроме того – сейчас я к сожалению не смог найти точной информации об этом – но к концу 30-х годов было реализовано и задекларированное выше сокращение срока подготовки офицеров до 2,5 лет.

После начала расширения армии была расширена и сеть военно-учебных заведений, в первую очередь за счет появления специализированных технических школ. Мюллер-Гиллебранд указывает следующие учебные заведения Вермахта, существовавшие к началу Второй мировой войны. Это подчинявшиеся Инспекции военно-учебных заведений ОКХ военные училища – в Дрездене, Ганновере, Мюнхене, Потсдаме, Винер-Нейштадте, и школы, подчинявшиеся инспекциям родов войск: пехотная школа с учебным пехотным полком (Дёберитц), школа противовоздушной обороны (Дёберитц), кавалерийская школа с учебно-испытательным центром (Крампнитц), школа верховой езды (Ганновер), артиллерийская школа с учебным артиллерийским полком и учебным дивизионом АИР (Ютерборг), танковая школа с учебным танковым батальоном, учебным дивизионом противотанковой артиллерии и опытным батальоном моторизации (Вюнсдорф-Путлос), 1-я и 2-я (с учебным саперным батальоном) инженерные школы (Берлин-Карлсхорст и Рослау), школа связи с учебно-испытательным батальоном (Галле), военно-автомобильная школа (Ганновер), военно-химическая школа с учебно-испытательным химическим батальоном (Целле), школа физической подготовки, (Вюнсдорф), школы по подготовке пиротехников, (Берлин-Лихтенау) и оружейных техников (Берлин-Трептов).

Как пишет Мюллер-Гиллебрандт, несмотря на все указанные выше меры, вскоре тысячи офицерских должностей опять оказались незамещенными, вследствие чего наличное количество офицеров очень часто оказывалось сильно перегруженным, от чего страдала их дальнейшая подготовка. Таким образом, подытоживая развитие системы военного образования в Вермахте, можно отметить рост числа школ, обусловленный в первую очередь необходимостью специализации, вызванной потребностью армии в узких технических специалистах, рост числа курсантов (в 10 раз к концу десятилетия), обусловивший заметное снижение требований к их базовой подготовке, и снижение срока подготовки офицеров с 4 до 2,5 лет. В результате среднестатистический офицер Вермахта обр. 30-х гг. оказался весьма далек от того идеала, которым являлся произведенный в офицеры выпускник военной школы 20-х гг.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments