eugend (eugend) wrote,
eugend
eugend

Categories:

А.А. Курдюк, ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ УСКОРЕННОЙ ПОДГОТОВКИ ЮНКЕРОВ В ВОЕННЫХ УЧИЛИЩАХ (1914-1917 гг.)

для ув. fat_yankey (в связи с вот этим вопросом) и тех, кому интересно, выкладываю обещанную статью о подготовке офицеров военного времени в РИА в годы ПМВ:

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
УСКОРЕННОЙ ПОДГОТОВКИ ЮНКЕРОВ
В ВОЕННЫХ УЧИЛИЩАХ (1914-1917 гг.)


А.А. Курдюк, начальник военно-научной группы
Военного университета, кандидат исторических наук,
Доцент


“Государству надлежит принять самые настойчивые меры к тому, чтобы … дать армии непрерывный поток новых офицеров. Уже в настоящее время неком-плект офицеров в частях пехоты … в среднем превышает 50%” [1, с. 56]. Эта цитата из рапорта главнокомандующего Северо-Западным фронтом генерала от инфантерии М.В. Алексеева, поданного в июле 1915 г. на имя военного минист-ра, свидетельствует об одной из многочисленных проблем, с которыми столкнулась государственная власть и высшее военное руководство России с началом Первой мировой войны.

Как и в мирное время, основная нагрузка по решению этой проблемы была возложена на военно-учебные заведения (вузы), занимавшиеся подготовкой кадров для замещения первичных офицерских должностей. При этом пришлось вво-дить особые правила комплектования военных училищ, требования к организа-ции и содержанию образовательного процесса, а также внести коррективы в по-рядок выпуска юнкеров по завершению обучения.

В одной из предыдущих публикаций автора нашли отражение основные ре-зультаты сравнительного анализа нормативных документов, устанавливавших требования к кандидатам на обучение офицерской профессии и определявших порядок их отбора в военные училища в условиях мирного и военного времени [2, с. 232–245]. Логично было бы исследовать и изменения, вводимые в действие приказами по военному ведомству, которые регулировали сроки обучения и про-цедуру выпуска 1). Этому и посвящена данная статья.

Уже в первый день войны военный министр генерал от кавалерии В.А. Сухомлинов распорядился о проведении в военных училищах досрочных выпусков. Конкретные даты таких выпусков были установлены в результате предварительно проведенного согласования данного вопроса с руководством ряда Главных управлений Военного министерства: военно-учебных заведений (ГУВУЗ), артиллерийского (ГАУ) и военно-технического (ГВТУ). Артиллерийские училища, располагавшиеся в Петрограде, 24 августа 1914 г. должны были произвести в подпоручики юнкеров, перешедших в старший класс. Два месяца, т.е. до 1 октября, отводилось на завершение подготовки обучавшихся на старших курсах в военно-учебных заведениях, которые относились к ГУВУЗу [3]. Окончательной датой выпуска юнкеров, поступивших в военные училища до войны, было определено 1 декабря 1914 года [4, 5].




1) Приказы по военному ведомству являлись формой введения в действие различных правовых актов, регулирующих вопросы строительства военно-сухопутных сил России. В первую очередь к ним относились имеющие силу законов Именные Высочайшие указы, а также постановления Совета министров и постановления Военного Совета, утвержденные императором. – Прим. авт.





Параллельно шла работа по организации ускоренной подготовки. Основополагающим элементом в перестройке деятельности военно-учебных заведений было определение оптимальных сроков обучения. При решении этого вопроса руководство вооруженных сил оказалось перед дилеммой. С одной стороны, воз-никла острая необходимость в уменьшении сроков обучения, так как реалии войны требовали регулярного пополнения офицерского корпуса в количестве, значительно превышавшем выпуски мирного времени. С другой стороны, руко-водители военного ведомства осознавали, что сокращение учебного времени приведет к ухудшению качества подготовки будущих офицеров. Разрешение возникшего противоречия было найдено в дифференцированном подходе к вы-бору учебных программ и срокам их реализации в зависимости от типа конкрет-ного вуза и его принадлежности к определенному роду войск.

Следует отметить, что необходимость организации ускоренной подготовки офицерских кадров в военное время была предложена Главным штабом и нашла свое отражение в соответствующем положении, которое было утверждено импе-ратором еще в 1912 г. Согласно этому документу после вступления России в войну сроки обучения предстояло сократить до 8 месяцев [3, л. 1-2 об.]. Однако резко возросшая потребность армии в командном составе, вызванная необходи-мостью кадрового обеспечения мобилизационных мероприятий и большими по-терями офицерского состава в ходе первых боев летом 1914 г., привели военного министра к решению о сокращении указанного срока вдвое применительно к пе-хотным училищам [3, л. 146-148]. Николай II поддержал предложение генерала В.А. Сухомлинова, утвердив 8 октября 1914 г. “Положение об ускоренной подго-товке офицеров в военное время в военно-учебных заведениях с четырехмесяч-ным ускоренным курсом“ [6].

Действие этого документа первоначально распространялось на старшеклассников Пажеского корпуса, а также юнкеров пехотных, кавалерийских и казачьих училищ, принятых в вузы 1 октября и 1 декабря 1914 г. Позже - на обучавшихся в этих заведениях с 1 августа этого же года [7, с. 1988] и на все приемы 1915 г. [8, с. 2017]. Также оно касалось юнкеров старшего класса военно-топографического училища, которые добровольно желали служить прапорщиками в частях армейской пехоты, входивших в состав действующей армии [9, с. 1979].

При переводе на ускоренную подготовку инженерного и артиллерийских училищ руководство Военного министерства учло сложность подготовки в них, а также относительно небольшие потребности этих войск в начальный период войны в младших офицерских кадрах по сравнению с пехотой. Поэтому для них было разработано и учреждено отдельное “Положение об ускоренной подготовке офицеров в военное время в специальных военно-учебных заведениях с восьми-месячным ускоренным курсом” [10, с. 1960-1964].

Предпринятые Военным министерством меры частично способствовали решению обострившихся кадровых проблем. Если в мирное время ежегодно офицерский корпус пополняли около 2 тыс. выпускников военно-учебных заве-дений, то только с начала войны до конца 1914 г. ускоренные выпуски поставили в армию 5026 поручиков (корнетов, хорунжих) и 3814 прапорщиков [6, л. 4].

Еще большая дифференциация сроков подготовки произошла в ходе войны. В феврале 1915 г. военный министр получил право увеличивать указанные выше сроки в пределах до года [11, с. 177], а с августа 1916 г. - до установленных законом для мирного времени [12, с. 586]. В случае необходимости он мог и уменьшать учебное время до минимальных пределов, указанных в соответст-вующих положениях. По мнению автора, тот факт, что военное руководство по-лучило право оперативно решать вопросы по срокам обучения в зависимости от кадровых потребностей армии, положительно отразился на процессе комплекто-вания офицерского корпуса.

К весне 1915 г. несколько спала острота проблемы обеспеченности сухопутных войск офицерами. Поэтому у Военного министерства появилась воз-можность продлить сроки обучения. Так, юнкерам кавалерийских училищ де-кабрьского 1914 г. набора выпуск перенесли на два месяца позже, а для осталь-ных приемов курс был увеличен до 8 месяцев [11, с. 177-178]. Это стало возмож-ным из-за относительно небольших потерь среди офицеров данного рода войск, а также усложненных, по сравнению с пехотой, требований к их подготовке.

Курс пехотных и казачьих вузов впервые был продлен на месяц для второ-го выпуска 1915 г. В отчете генерал-инспектора военно-учебных заведений отмечалось, что это было сделано с целью “дать юнкерам возможность посвятить некоторое время полевым практическим занятиям” [13]. И в дальнейшем, при возможности, сроки подготовки в пехотных училищах для некоторых наборов увеличивались. Например, выпуск вместо 1 сентября 1916 г. состоялся на месяц позже, а запланированный на 1 октября - через два месяца, т.е. 1 декабря этого же года.

В специальных училищах первый ускоренный курс длился 9,5 месяцев [14, с. 242]. Юнкера, принятые в них 1 декабря 1914 г., обучались уже меньше 8 месяцев. Инженеры пополнили офицерские ряды 15 июля [15, с. 320], а артиллеристы - 10 июля 1915 г. [16, с. 409]. В связи с неполной укомплектованностью действующей армии артиллерийскими офицерами Николай II разрешил военному министру уменьшить срок обучения в соответствующих училищах до 5,5 месяцев [16, с. 410]. Но при определении дат конкретных выпусков военный министр всегда совещался с начальником ГАУ генералом А.А. Маниковским. Последний считал, что обучение артиллеристов должно быть не менее полугода и при этом с обязательным прохождением ими лагерного сбора [17]. Как показало изучение нормативных документов, сроки обучения артиллерийских офицеров в основном составляли 6-7 месяцев.

Необходимо отметить одну особенность, касавшуюся сроков подготовки в военно-топографического училища. До 1 сентября 1917 г. оно было единственным из всех военных училищ, которое функционировало в режиме мирного вре-мени. Однако возросшая потребность в снабжении войск картами и, в связи с этим, штатного расширения корпуса военных топографов, потребовали увеличе-ния офицеров данной специальности. Первоначально было принято решение о создании школы подготовки прапорщиков для производства съемочных работ с полугодовым курсом обучения [18, с. 411], а затем о ее закрытии с одновременным переводом училища на ускоренную одногодичную подготовку офицеров-топографов [19, с.562-567].

Автор считает необходимым отметить, что в исторической литературе, к сожалению, не нашла отражения динамика изменения времени подготовки в ву-зах. В публикациях отечественных историков, исследовавших проблемы подго-товки офицерских кадров русской армии, встречаются и не совсем верные дан-ные по срокам обучения. Например, Л.Г. Бескровный, говоря о пехотных и кавалерийских училищах, пишет: “Пришлось срочно переходить на краткосрочные курсы (от 3- до 6-месячного срока)” [20, с. 33]. А.Г. Кавтарадзе указывает, что подготовка офицеров велась “путем перевода военных и специальных училищ на ускоренный (3-4 месячный для пехоты и 6-месячный для кавалерии, артиллерии и инженерных войск) курс обучения и открытия школ прапорщиков с такими же сроками обучения” [21, с. 24]. В ряде публикаций и диссертаций, касаясь вопро-сов подготовки офицеров в 1914 – 1917 гг., авторы, в основном, ссылаются на данные из вышеприведенных работ. Даже в таком солидном издании, как “Военная энциклопедия” указано: “При военных училищах развертывались ускоренные (6 - 8 месяцев) курсы по подготовке прапорщиков для всех родов войск” [22, с. 192].

На самом же деле, как следует из приведенных выше фактических данных, четко были определены только минимальные сроки обучения в военных училищах - 4 месяца. В зависимости от положения дел с обеспеченностью армии офицерами определенных специальностей сроки подготовки могли изменяться. Регулирование данного процесса проводилось военным министром по согласованию с начальниками соответствующих главных управлений. Принятые решения по срокам обучения подлежали утверждению императором.

Переход на ускоренную подготовку сопровождался снижением некоторых требований к переменному составу вузов. Если в мирное время определяющим являлся уровень освоения знаний обучавшимися, то в условиях боевых действий основное внимание было уделено их нравственным качествам. По мнению автора, это было оправданной мерой. Если имевшиеся пробелы в знаниях постепенно исчезали в ходе практической деятельности, приобретения опыта, то лично не-дисциплинированный командир разлагающе действовал на подчиненных и яв-лялся слабой опорой начальства в исполнении приказов. В частях действующей армии последствия такого поведения грозили невыполнением поставленных задач и потерей человеческих жизней.

Так, в довоенный период каждому юнкеру для перевода в следующий класс необходимо было получить определенный соответствующей инструкцией об-щий средний балл, необходимое количество баллов по отдельным предметам и состоять в первом или втором разрядах по поведению. При этом за оконча-тельную оценку знаний принимался средний из баллов, полученных по каждому предмету на репетициях в течение учебного года и на переводном экзамене. Юн-кера, не соответствовавшие установленным критериям здоровья, поведения и степени усвоения преподаваемых дисциплин по решению педагогического и дисциплинарного комитетов подлежали отчислению.

В указанных выше положениях о военно-учебных заведениях военного времени их начальникам предоставлялось право отчислять в период учебы только тех юнкеров, которые имели неудовлетворительное поведение. В их послужных списках делалась соответствующая запись, и они теряли право повторного поступления в вузы. За неуспеваемость в течение курса такая мера не предусматривалась. В частности, воспитанникам, которые готовились стать кавалерийскими или казачьими офицерами и за время учебы не смогли полностью освоить учебную программу, по решениям начальников училищ или директора Пажеского корпуса срок обучения мог быть продлен еще на 4 месяца [23, с. 1867]. Пажей, которые предназначались выпуску в артиллерию, разрешалось оставлять для дополнительного обучения еще на 2-4 месяца [24, с. 1939].

Изменения деятельности военных училищ в годы войны коснулись и по-рядка выпуска из них. Именно на этом этапе окончательно решался вопрос о профессиональной пригодности юнкеров, делался вывод об их соответствии необходимым критериям для службы на первичных офицерских должностях.

В ходе перевода училищ на ускоренную подготовку была упрощена процедура выпуска. Не внося изменений в существовавший порядок оценки уровня знаний юнкеров, Военный Совет предоставил возможность его корректировки начальникам главных управлений по принадлежности училищ. Выпускные аттестационные списки составлялись на основании “Правил для оценки занятий юнкеров военных училищ, перевода из класса в класс и выпуска”, с некоторыми изменениями, утверждавшимися военным министром [25, с. 23 доп.].

По решению Военного Совета отменялись выпускные экзамены [3, л. 99]. Распределение на разряды по успеваемости и поведению, как и до войны, произ-водилось решениями педагогических (учебных) комитетов училищ. При принятии решений исходили из текущей успеваемости юнкеров и результатов кон-трольных репетиций. Причем из трехразрядной довоенной системы распределе-ния осталось только два разряда, что существенно упрощало эту процедуру. Юнкеров, которые отвечали требованиям первых двух разрядов мирного времени, зачисляли в первый разряд, остальных - во второй.

Необходимо отметить, что при переходе на ускоренную подготовку офице-ров Военное министерство изменило и разряд чинопроизводства для выпускни-ков военно-учебных заведений. Так, юнкеров, зачисленных в училища 1 августа 1914 г. и достойных производства в офицерский чин, было решено выпустить прапорщиками [3, л. 272 об.]. Это было закреплено в каждом положении о вузах военного времени. Однако, юнкера, которые проучились год и выпускались по 1-му разряду, могли производиться в подпоручики [11, л. 1781]. Такое правило бы-ло введено в связи с тем, что военный министр получил право продлевать курс обучения в училищах.

Автор считает, что наличие чина прапорщика в сетке военных чинов, существовавшего в мирное время для офицеров запаса, сыграло свою положительную роль в период войны. При его отсутствии у Военного министерства остава-лось бы только две альтернативы. В одном случае юнкера могли сразу произво-диться в подпоручики. При таком варианте содержание подготовки не отвечало установленным критериям для этого чина. В другом случае - выпуск унтер-офицерами, но с правами на офицерский чин по истечению определенного срока. Но это длительная и усложненная процедура. В условиях войны оба варианта в чистом виде были нежелательны.

Согласно действовавшим в военный период правилам выпускники уско-ренных курсов делились на две категории.

К первой категории относились юнкера, заканчивавшие обучение по 1-му разряду. Они получали первичное офицерское звание непосредственно по окон-чании вуза и по статусу приравнивалась к выпускникам военных училищ мирно-го времени [26, с. 183].

Вторая категория выпускников, т.е. окончивших ускоренные курсы по 2-му разряду, только приобретала права на офицерский чин. Такие юнкера выпускались унтер-офицерами и направлялись в строевые части. Стать прапорщиками они могли не ранее, чем через четыре месяца после выпуска, после соответствующего представления непосредственного начальника. При получении офицерского звания, такие лица получали одинаковые права с закончившими военные училища в довоенное время с 3-м разрядом.

Введением таких мер Военное министерство сохранило не только пре-стижность военных училищ, по сравнению с получившими широкое распростра-нение в годы войны школами подготовки прапорщиков, но и стимулировало юн-керов на добросовестное отношение к учебе и службе.

Учитывая то обстоятельство, что сроки обучения в вузах родов войск были неодинаковыми, Военное министерство, чтобы выровнять условия производства в подпоручики юнкеров одинакового приема, предприняло меры, устанавливающие старшинство 2) в очереди на получение очередного воинского звания. Для отсчета был принят базовый четырехмесячный срок обучения. Например, если выпускник 1-го разряда четырехмесячных ускоренных курсов мог повыситься в чине через 8 месяцев после выпуска, то такой же прапорщик, окончивший восьмимесячное специальное училище - через четыре.

Регулируя таким образом условия чинопроизводства, Военное министерст-во устранило зависимость срока производства в очередной чин выпускников ву-зов одного типа от продолжительности учебы. Это позволило добиться того, чтобы срок обучения не был препятствием при выборе учебного заведения, осо-бенно для людей с достаточным образованием. Также было устранено возмож-ное недовольство юнкеров, которые желали быстрее стать офицерами, при уве-личении продолжительности курса обучения.

Сравнив существовавшие в мирное и военное время правила деятельности вузов, автор пришел к заключению, что Военный Совет устранил все существо-вавшие накануне войны различия порядка выпуска юнкеров из различных военных училищ.

Следует отметить, что военным руководством страны в августе 1914 г. при организации ускоренных выпусков из военно-учебных заведений было принято правильное решение о распространении на их выпускников статуса офицеров военного времени. Это означало, что офицерам, не прошедшим одногодичный курс подготовки, присваивалось воинское звание "прапорщик". Они имели право служебного роста только в обер-офицерских чинах и при мобилизации армии подлежали увольнению из офицерского корпуса. Эта мера поднимала престиж кадровых офицеров, а также приравненных к ним по правам выпускников ускоренных курсов, закончивших военные училища по 1-му разряду. В свою очередь, уровень знаний, полученных офицерами военного времени в военно-учебных заведениях, а также опыт, приобретенный в ходе боевых действий, позволял им справляться с обязанностями в диапазоне обер-офицерских должностей.




2) Старшинство – общая выслуга офицера в каждом чине, как в календарном, так и в льготном исчислении, определявшая его место в кандидатских списках на производство в следующий чин. В начале службы каждого офицера устанавливалась его очередность на право получения следующего звания, во многом зависевшая от престижности вуза, который он окончил и персонального выпускного балла. В дальнейшем преимущества служебного роста получали офицеры, которые имели большую выслугу и не имели взысканий. – Прим. авт.




О результативности произведенных изменений в деятельности военно-учебных заведений во время Первой мировой войны можно судить из приводи-мых ниже цифровых данных. Например, расширение штатов вузов и сокращен-ные сроки подготовки позволили увеличить количество юнкеров. Если 1 февраля 1915 г. в военно-учебные заведения, подведомственные ГУВУЗу, было принято 3568 чел. [27], то ровно через год - 6344 чел. [28].

Согласно сведениям о пополнении армии офицерами, хранящихся в архив-ных фондах, с 1 июля 1914 г. по 1 апреля 1917 г. из военных училищ было вы-пущено 74418 чел. с офицерским чином [29]. Аналогичные данные за период с 1 января по 1 ноября 1917 г. - 28207 прапорщиков соответственно [29, л. 15 об.]. К сожалению, в архивах отсутствуют единые данные о совокупной численности выпущенных из вузов офицеров. Из обобщения сведений, содержащихся во вве-денных в научный оборот документах, можно судить, что данный показатель со-ставляет около 225 тыс. чел.

Смена государственной власти в стране привела к кардинальному измене-нию военно-кадровой политики. С 1 ноября 1917 г. были отменены выпуски в офицеры из военно-учебных заведений. Производить новые наборы не планиро-валось, а юнкера подлежали направлению в запасные полки [30].

В тоже время приобретенный в годы Первой мировой войны опыт уско-ренной подготовки военных кадров для русской армии был использован новой властью. Уже 28 января 1918 г. приказ Наркомвоена ввел в действие “Положение об ускоренных курсах по подготовке комсостава Рабоче-Крестьянской Красной Армии” [21, с. 62]. В последующем этот опыт особенно пригодился советскому военно-политическому руководству в начальный период Великой Отечественной войны [31, с. 36-47].

Изложенный в статье фактический материал позволяет констатировать, что Военное министерство России в ходе перестройки деятельности военных училищ в 1914-1917 гг. производило изменения в сроках подготовки юнкеров и правилах их выпуска. Целью проводимых преобразований являлось бесперебойное пополнение армии подготовленными специалистами для замещения первичных офицерских должностей.


Литература

1. Аргентинский архив генерала М.В. Алексеева // Воен.-ист. журн. 1993. № 10.
2. Курдюк А.А. Об особенностях правил приема в военные училища во время Первой мировой войны // Право и образование. 2005. № 4.
3. РГВИА, ф. 725, оп. 48, д. 1194, л. 4.
4. РГВИА, ф. 310, оп. 1, д. 6342, л. 12-13.
5. РГВИА, ф. 351, оп. 1, д. 4471, л. 14-14 об.
6. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 1533, л. 1-3.
7. Приказ по военному ведомству № 787 от 15 декабря 1914 г. // Приказы по военному ведомству за 1914 г. Пг., 1914.
8. Приказ по военному ведомству № 817 от 30 декабря 1914 г. // Приказы по военному ведомству за 1914 г. Пг., 1914.
9. Приказ по военному ведомству № 767 от 4 декабря 1914 г. // Приказы по военному ведомству за 1914 г. Пг., 1914.
10. Приказ по военному ведомству № 756 от 26 ноября 1914 г. // Приказы по военному ведомству за 1914 г. Пг., 1914.
11. Приказ по военному ведомству № 81 от 18 февраля 1915 г. // Приказы по военному ведомству за 1915 г. Пг., 1915.
12. Приказ по военному ведомству № 458 от 16 августа 1916 г. // Приказы по военному ведомству за 1916 г. Пг., 1916.
13. РГВИА, ф. 725, оп. 48, д. 970, л. 34 об.
14. Приказ по военному ведомству № 133 от 16 февраля 1915 г. // Приказы по военному ведомству за 1915 г. Пг., 1915.
15. Приказ по военному ведомству № 196 от 28 апреля 1915 г. // Приказы по военному ведомству за 1915 г. Пг., 1915.
16. Приказ по военному ведомству № 278 от 11 июня 1915 г. // Приказы по военному ведомству за 1915 г. Пг., 1915.
17. РГВИА, ф. 310, оп. 1, д. 5832, л. 65.
18. Приказ по военному ведомству № 314 от 17 июня 1916 г. // Приказы по военному ведомству за 1916 г. Пг., 1916.
19. Приказ по военному ведомству № 467 от 24.07.1917 г. // Приказы по воен-ному ведомству за 1917 г. Пг., 1917.
20. Бескровный Л.Г. Армия и флот России в начале ХХ в. Очерки военно-экономического потенциала. М., 1986.
21. Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе Республики Советов 1917 – 1920 гг. М., 1988.
22. Военная Энциклопедия: В 8 т. М., 1994. Т. 2.
23. Приказ по военному ведомству № 689 от 20 октября 1914 г. // Приказы по военному ведомству за 1914 г. Пг., 1914.
24. Приказ по военному ведомству № 741 от 19 ноября 1914 г. // Приказы по военному ведомству за 1914 г. Пг., 1914.
25. Малинко В. Справочная книжка для офицеров. - М., 1917.
26. Приказ по военному ведомству № 162 от 30 марта 1916 г. // Приказы по военному ведомству за 1916 г. Пг., 1916.
27. РГВИА, ф. 725, оп. 49, д. 5, л. 34.
28. РГВИА, ф. 725, оп. 50, д. 17, л. 35.
29. РГВИА, ф. 2000, оп. 2, д. 2186, л. 2 об.
30. РГВИА, ф. 725, оп. 51, д. 13, л. 120.
31. Курдюк А.А. Опыт кадрового обеспечения русской армии в 1914 – 1917 гг. и его использование во время Великой Отечественной войны // Вестник Военно-го университета. 2005. № 2.
Tags: ПМВ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments